Ругань и крики продолжались:
"Руки по швам! Кто из вас поджигатель?"

#БезПраваНаРасправу

Мультимедийный проект #БезПраваНаРасправу является частью деятельности Правозащитного центра “Весна” по выявлению случаев пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания со стороны органов власти и других государственных структур.

К сожалению, немногие из подобных жертв решаются добиваться наказания для своих обидчиков или хотя бы придать огласку таким инцидентом. В результате, милиционеры остаются безнаказанными, люди - незащищенными от милицейского насилия, а статистика МВД о должностных преступлениях - сильно искаженной. Проект #БезПраваНаРасправу призван сломать стену молчания, страха и беззакония и показать,что пыткам и жестоким видам обращения можно и нужно противостоять.

11 часов унижений, издевательств и страха в ОВД Ленинского района Гродно пришлось перенести Варваре и её друзьям за проявленную сознательность

Гродненская студентка Варвара и ее друзья не предполагали, чем закончится проявленная ими сознательность – вечером, приблизительно в 23.00 часа молодые люди сообщили в МЧС о пожаре в лесопарковой зоне.

Рассказывает Варвара:

«Поздно вечером, с 1 на 2 сентября мы с друзьями решили пойти в лес отдохнуть. Собрали палатки, спальные мешки. Я присоединилась к компании немного позже. Подъезжая с другом к лесопарковой зоне, – увидела зарево. Подумали, что лесной пожар. Далее отыскали место сбора остальных. Все были взволнованны и обеспокоены, ведь горит лес. Как позже выяснилось, горел подожженный экскаватор. Посовещавшись, решили обратиться в экстренную службу МЧС, а сами двинулись навстречу, встречать автомобили.

Первым подъехал милицейский патруль. Они стали нас расспрашивать, что произошло, когда начался пожар, переписали данные человека, который звонил в МЧС. Нас отпустили, мы стали ждать автомобили МЧС, показывали и объясняли дорогу. Затем, уже ночью направились домой, решили собраться у человека, который оставил милиции свои данные».

Через несколько часов, ранним утром, в квартиру постучали: приехавшие на «Газели» несколько милиционеров предложили проехать в РОВД. При этом задержанным пообещали, что опрос продлится не более 15 минут, после чего всех отвезут обратно.

Сначала отвезли в лес, на место пожара и только потом в отделение милиции. Там никто не представлялся, не назвал свои данные. Завели почему-то с черного входа, развели всех по разным кабинетам. Варвару первой отвели в кабинет на опрос к старшему лейтенанту милиции Марецкому Артуру Витальевичу. О том, кто он, Варвара узнала лишь просмотрев дипломы, которые висели на стене кабинета. Сам он представиться отказался.

Марецкий коротко опросил о пожаре, а затем перешёл на вопросы личного характера. Периодически в кабинет заходили другие сотрудники, бросали реплики в адрес девушки. Один их стал угрожать проблемами по месту учёбы в университете, а Марецкий подробно расспрашивал об отношениях с друзьями, об интимной жизни.

«Также он пробовал вызвать у меня недоверие к моим друзьям, уверяя, что они все очень подозрительные и, вероятно, поджог - их рук дело, а я могу помочь следствию, если соглашусь с его догадками. Ситуацию еще несколько усложнял тот факт, что в компании была гражданка Украины и гражданин РФ, что вызвало еще большую волну подозрительности и недоверия к нам», - вспоминает Варвара.

«Где работают твои друзья? Чем занимаются? Где берут деньги?» - настойчиво интересовался он.

В полный тупик Марецкого поставил тот факт, что никто из компании не употребляет алкоголь и иные вещества, никто не курит. Опрос длился более часа. Наконец, он дал Варваре прочитать протокол опроса, после чего её вывели в коридор и сказали: «Жди здесь».

На вопросы, почему она не может уйти и каков её статус – подозреваемой или свидетельницы – ответа не было. Никаких бумаг или копий документов ей не выдали.

- Назовите мой статус, я задержана или мне можно уходить? - добивалась ответа Варвара.

- Нет вы не задержаны. Но покинуть отделение вы не можете, ждём дальнейших указаний, - слышала она в ответ.

Девушка из Украины впоследствии рассказала Варваре о грубости сотрудников. Ей также задавали вопросы интимного характера, спрашивали о заработке, татуировках и отношении к войне в Украине. Прямо обвиняли ее во лжи, уверяя, что экскаватор никто кроме их поджечь не мог.

На ее слова, что хочется пить, заявили, что ближайшие девять часов она точно не увидит ни воды, ни друзей.

Далее заводили речь о том, что она легко станет подозреваемой, и, как гражданка Украины, проведет тут не один месяц. Один из сотрудников, неоднократно выходивший из кабинета, при каждом возвращении больно щелкал ее по уху, в которых были пробиты тоннели. Слова о том, что это неприятно, игнорировались. Почти то же самое рассказал и товарищ из России.

«В кабинете крики продолжились. На повышенных тонах задавались вопросы типа: «Зачем ты поджег экскаватор?» После вопросов в каком статусе он находится в деле, следовал ответ: "Ты здесь никто".

Грубость, бестактные вопросы интимного характера, моральное давление. Вдобавок у него отобрали телефон и документы, включая паспорта, открыто обвиняли в поджоге и угрожали посадить. Пытались обвинить в участии в акциях, о которых никто их задержанных не слышал, о поджогах, говорили, что они лгут.

Далее один из сотрудников сказал парню из России ехать в УВД Гродненского облисполкома, где после двух часов ожидания его завели на полиграф. После полиграфа его привезли обратно в ОВД.

Рассказывает Варвара:

«Спустя несколько часов, меня вызвали в другой кабинет, номер которого не удалось рассмотреть.

«Сейчас начнут прессовать», - успел сказать один из наших товарищей, который оттуда выходил.

Сходу на меня посыпались обвинения, оскорбления, нецензурные слова, опять начался допрос, который никуда не записывался…

После того, как я скрестила руки на груди, послышался крик: "Руки по швам! Лицо попроще! Перед кем стоишь?!"

Снова те же вопросы, одинаковые ответы, только теперь с их стороны это все перемежалось матом и обвинительными вопросами типа: "А какой из трех экскаваторов вы подожгли?", "Кто из вас поджигатель?".

Встретив в коридоре Марецкого, друзья стали требовать возвращения телефонов из его кабинета и разъяснения ситуации. После чего тот сорвался на крик.

Кричал, что ничего не знает, он этим не занимается, телефоны никто не получит и вообще, рабочий день у него уже кончился. Он закрыл кабинет на ключ и ушел. Только около трех часов дня, после бесчисленных требований и вопросов, вышел мужчина, который отдал телефон только одной Варваре из всей компании и разрешил сделать звонок в его присутствии.

По словам Варвары, к четырем часам дня в дежурную часть стали приезжать некоторые родственники и требовать немедленного освобождения задержанных. Но вместо этого в милиции приступили к отбору отпечатков пальцев и образцов ДНК.

На отказы от процедур сотрудники угрожали арестами, иностранцам обещали засадить их на месяц. Протоколы с опросами и о сдаче отпечатков без фамилий сотрудников, которые проводили эти процедуры заставляли подписывать под угрозами.

В заключение истории нельзя не уточнить, что уже 3 сентября был задержан мужчина, подозреваемый в поджоге экскаватора.

Причем, официальный представитель УВД Гродненского облисполкома Ярослав Василевский скромно упомянул на сайте УВД, что «пламя увидела отдыхающая рядом компания молодых людей, они и сообщили о пожаре», ни слова не сказав о том, какие издевательства им впоследствии пришлось испытать в отделении милиции.


Фото с сайта УВД Гродненского облисполкома

Варваре правозащитники ПЦ «Весна» подготовили жалобу, адресованную прокурору Ленинского района Гродно, в которой указали, что 2 сентября она, вместе с остальными, была фактически произвольно задержана в качестве подозреваемой без надлежащего оформления этого задержания.

В течение 11 часов была лишена всех процессуальных прав и гарантий, предусмотренных законом для подозреваемых в совершении преступления, в том числе - права на защиту. Кроме того, бестактные и грубые вопросы сотрудников ОВД посягали на охраняемое Конституцией и законом право на неприкосновенность личной жизни.

Варвара просит принять меры прокурорского реагирования на факты нарушения процессуальных прав, а в остальной части инициировать ведомственную проверку изложенных фактов грубого и бестактного отношения к задержанным со стороны сотрудников ОВД в нарушение Закона «Об органах внутренних дел».